Процедура банкротства в России перестает быть гарантированным способом забыть о долгах. Суды начали значительно чаще отказывать гражданам в освобождении от обязательств по итогам банкротства. Эта тенденция набирает обороты с середины 2025 года, а в январе–марте 2026-го вышла на принципиально новый уровень.
По данным Федресурса, за первые три месяца 2026 года было вынесено 2 218 отказов в освобождении от долгов. Это в 2,6 раза больше, чем за аналогичный период 2025 года (тогда было 857 отказов). Доля таких решений в общем количестве завершенных банкротных дел выросла с 1,1% годом ранее до 2,1%.
Ключевая особенность: речь идет именно о полном отказе в списании долгов после завершения процедуры, а не о прекращении самого банкротства. Человек признается банкротом, но все его обязательства перед кредиторами сохраняются.
При этом количество признанных банкротов увеличилось гораздо скромнее: за квартал их стало 137 тысяч, что на 13,7% больше прошлогоднего уровня. Получается, что отказы растут в разы быстрее общего числа банкротств, а судебная практика становится жестче.
До недавнего времени освобождение от долгов при банкротстве было почти автоматическим. Главное было пройти процедуру, а потом долги просто списывались. В 2023–2024 годах доля отказов не превышала 1–1,2% в квартал, а количество таких решений держалось в пределах тысячи.
Ситуация начала меняться во второй половине 2025 года. К четвертому кварталу число отказов подскочило до 1 883, а их доля достигла 1,5%. В первом квартале 2026 года эта тенденция только усилилась.
Почему суды ужесточили подход
Рост отказов объясняется сразу несколькими факторами. Суды теперь тщательно оценивают не только формальное наличие долгов, но и поведение должника до и во время банкротства. Если у человека есть признаки недобросовестности, в списании отказывают.
К наиболее частым основаниям для отказа относятся:
- Сокрытие активов и доходов — должник умалчивает о наличии имущества, которое можно продать, или о реальных источниках дохода.
- Подозрительные сделки перед банкротством — дарение или продажа имущества родственникам по заниженной цене в преддверии подачи заявления о несостоятельности.
- Получение «пакетных» кредитов — взятие двух и более кредитов в один день, когда банки физически не могли оценить общую долговую нагрузку клиента.
Кроме того, суды обращают внимание на образ жизни должника. Если человек заявляет о нулевом доходе, но при этом совершает дорогостоящие покупки, путешествует или оплачивает определенные услуги, это также расценивается как недобросовестность и становится поводом для отказа.
Еще одним фактором стало изменение позиции Верховного суда, который в 2025 году в нескольких показательных делах отказал должникам в освобождении от долгов, что стало ориентиром для нижестоящих инстанций.
Как меняется роль «раздолжнителей»
Создатели программ «избавления от долгов» — так называемые раздолжнители — часто формируют у клиентов ложное впечатление, что банкротство — это простая формальность, после которой все долги гарантированно спишут. Однако, как показывает практика, если клиент вел себя недобросовестно (скрывал имущество или брал кредиты без намерения отдавать), никакие юридические уловки не помогут. Суд вскроет эти факты и откажет в списании, а клиент останется и без имущества (которое изымут в процедуре банкротства), и с долгами.
Что будет дальше
Суды продолжат усиливать контроль за добросовестностью должников. Если в 2025 году к банкротству относились формально, то теперь главный вопрос — «заслуживает ли человек списания долгов?». Свою роль играет и активизация кредиторов: банки и коллекторы научились собирать доказательства недобросовестности и активно привлекают внимание судов к таким фактам.
Для честных заемщиков, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, шансы на списание долгов остаются высокими. Но тем, кто пытается обмануть кредиторов или скрыть активы, процедура банкротства теперь может принести не освобождение от долгов, а лишь потерю имущества без списания обязательств.